grazdano4ka

Дочь жены отчим в двадцать лет выставил из дома на вольные хлеба, а свою обеспечивает до сих пор

Дочь жены отчим в двадцать лет выставил из дома на вольные хлеба, а свою обеспечивает до сих пор. «Тебе не на что обижаться!» - говорят родственники

– …А больше всего меня, знаешь, бесит, когда люди, которые абсолютно не в курсе, начинают говорить про моего отчима – мол, Николай Петрович Таню вырастил, как свою! – рассказывает тридцатипятилетняя Татьяна. – Никогда, дескать, разницы не делал между ней и родной дочерью. Воспитывал, заботился, содержал… И мать сидит, кивает. Да, говорит, Тане обижаться не на что, Коля ей заменил отца!

– Подожди, но это разве не так было? Ты же сама говоришь – в детстве он тебя не обижал. Да и денег не жалел, судя по всему! Мать не работала, отец твой родной ни копейки не присылал. При этом ты была обута, одета, даже с мобильным телефоном и собственным ноутом, что по тем временам было очень неплохо. На море, говоришь, тебя возили, за границу – на его деньги, между прочим…

– Не обижал, да! – вздыхает Татьяна. – Но и не любил. Никаких разговоров со мной никогда не вел. Даже про оценки, и то не спрашивал! Ему было все равно, в общем-то. Сейчас вот вспоминаю, кажется, ко мне он впрямую никогда и не обращался. Все только через мать – скажи, мол, Тане, чтоб сделала то и это… А потом родилась Яночка, его свет в окошке. И все! Я вообще перестала существовать для родителей, причем, для обоих! 

…Родной отец Татьяны ушел из семьи, когда девочке было лет пять, оставив бывшую жену и ребенка в страшной нищете. Начинались девяностые, и большинство знакомых, даже в полных семьях, жили невесело. Татьянина мать с дочкой на руках буквально выживали, пока не встретила этого самого Николая Петровича. Для нее тогда это было как в лотерею выиграть. Бизнесмен, с деньгами, с иномаркой, с недавно купленной хорошей квартирой стал для женщины с ребенком, без работы, денег и жилья, просто спасением.

– Мать до сих пор дифирамбы ему поет, какой он добрый, щедрый и вообще, просто неописуемый! – говорит Таня. – А я в детстве его боялась ужасно, хотя он пальцем меня не тронул, слова не сказал – все только через мать, говорю же…

Танина мать быстренько родила новому мужу ребенка, и все, по Таниным словам, просто помешались на Яночке. Отец заваливал ее игрушками, одежками, развлечениями, малышка не знала отказа ни в чем. Хотя ведь и у Тани стараниями отчима до восемнадцати лет было много такого, чего не было у некоторых ее ровесников. Хорошая школа, отдельная комната в большой уютной квартире, добротная одежда и обувь в нужном количестве, только начавшие входить в широкий обиход гаджеты, поездки раз в год на отдых…

В семнадцать лет Таня закончила школу и поступила в институт, а в восемнадцать Николай Петрович попросил приемную дочь освободить его квартиру.

– Нет, в никуда не выкинул! – усмехается Татьяна. – Отселил в общежитие и почти до конца института помогал деньгами. На еду и жилье хватало, без излишеств – учитывая то, что одежда у меня была еще со школы. Растолстеть-то, честно говоря, было не с чего! А перед самым дипломом заявил – все, мол, дальше сама. Ты взрослый человек, с образованием, я сделал для тебя все, что мог. 

И с двадцати двух лет Татьяна идет по жизни сама.

Снимает с подругами квартиры, работает, жестко экономит и с переменным успехом копит деньги на первоначальный взнос в ипотеку. Честно говоря, копить получается плохо. Помочь Татьяне абсолютно некому. Отчим умыл руки, мать не работает, и своих денег у нее нет. Теоретически, где-то есть родной отец, но искать его сейчас смысла нет никакого, считает Таня. В детстве-то не помог ничем, а сейчас тем более…

– Кого не спрошу из тех подруг, что с квартирами – всем обязательно помогали! – говорит Таня. – Или по наследству жилье досталось, или у мужа квартира была, или мать с отцом дали на первоначальный взнос две трети стоимости однушки. С нуля никто не начинал, как я! А кто начинал, те все до сих пор по съемным…

При этом младшая сестра, двадцатисемилетняя Яна, по сравнению с Таней просто в шоколаде, благо, дела у Николая Петровича в бизнесе до сих пор идут очень неплохо.

– Отец обеспечил ей все! – говорит Таня. – На поступление, в восемнадцать внедорожник подарил, через пару лет – квартиру с полной обстановкой. Образование оплатил, какое она пальчиком указала, естественно, потом на работу устроил. Насчет жениха – не знаю, врать не буду, но мне кажется, и его ей папа подобрал. Сын его хорошего приятеля, вот как так получилось? Загадка… Справили пышную свадьбу на экзотических островах, зять работает у отчима, Яна родила полгода назад, мать там днюет и ночует. В общем, идиллия! У всех, кроме меня! У меня очередная работа, кажется, накрывается медным тазом, в августе заплатили с трудом только за половину мая, и что дальше будет, неизвестно…

Несколько раз Таня обращалась за помощью к отчиму – не денег просила, а помочь трудоустроиться нормально. Николай Петрович обещал поспрашивать, поузнавать – но результата до сих пор нет

–Культурно послал, в общем! – объясняет Таня. – Зачем ему мне помогать? Я же не его дочь!

Татьяна обижается на близких, а те только недоуменно пожимают плечами – тебе, мол, обижаться не на что! Отчим тебя вырастил, как свою дочь, не обижал, обеспечивал до восемнадцати лет так, как родному отцу и не снилось. А теперь все в твоих руках. И в том, что в жизни ничего не получается, ты виновата только сама.

А вы согласны, что Тане не на что обижаться в ее ситуации?

Что думаете?


Еще больше интересных материалов - на моем сайте
"Семейные обстоятельства". Заходите, читайте, обсуждайте!

Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Error

default userpic

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →