"Второй внук отправится в детдом!.."

— ...Вот скажи, за что мне такое наказание, а? — делится с подругой пятидесятилетняя Лидия Семеновна. — Я же ведь только-только в себя приходить начала, вздохнула немного. Пашке одиннадцать лет исполнилось, он более-менее самостоятельным стал. Вырастила внука одна, с восьми его месяцев! Чего мне это стоило, Наташ!.. А вчера вернулась моя непутевая дочь...

— Да ты что? Ира приехала? Правда, что ли?!

— Наташа, такое чувство, что у меня дежавю. Приехала, да. С чемоданом и ...с пузом, которое на нос лезет, представляешь? Рожать ей через два месяца!

— Да ладно... Она что, беременна? Снова?!

— Ну а я тебе о чем толкую? Снова беременна, снова одна, снова ни жилья, ни денег, очередной козел-сожитель ее бросил с долгами и кредитами, и идти ей некуда, кроме как к матери, ко мне, то есть... И даже чемодан тот же самый, что и в прошлый раз. Знаешь, мне в какой-то момент показалось, что я в две тысячи седьмой год вернулась каким-то образом. Это все с нами уже было!.. И если бы не пашкин голос в соседней комнате, я бы точно решила, что у меня крыша поехала...

...Дочери Лидии Семеновны, Ирине, тридцать. Мать называет ее «непутевой» и очень на нее сердится — по большому счету, есть за что. Ира с детства не была паинькой: училась плохо, уроки прогуливала, связалась с дурной компанией, курила, выпивала. Бурная юность увенчалась незапланированной беременностью в девятнадцать лет неизвестно от кого,  претендентов на роль отца было как минимум двое — а может, и больше. 

— Я ее умоляла сделать аборт, была категорически против ребенка. Но кто бы меня слушал, — вздыхает Лидия Семеновна.

Уже через полгода после рождения Павлика Ирина наигралась «в дочки-матери», вдрызг разругалась с Лидией Семеновной и ушла строить свою жизнь, «временно» оставив сына с бабушкой. Впрочем, обещала забрать, как только устроится.

— Нет ничего более постоянного, чем временное! — вздыхает Лидия Семеновна. — О том, что дочь заберет Пашку и будет воспитывать сама, давно уже и речи не идет...

— Она хоть вспомнила о сыне за одиннадцать лет? — сочувственно расспрашивает подруга.

— Несколько раз звонила, даже деньги присылала... Два раза по две тысячи, и один раз — пять...

— Шикарно... В год по тыще рублей, и то не выходит!

— Не то слово...

Пашка был ребенком нервным и возбудимым, к тому же аллергичным. Не спал ночами, плохо ел, то и дело покрывался коростой, запросто хватал все вирусы, болел часто и подолгу — с огромной температурой и всевозможными осложнениями. С развитием тоже было не все гладко. Лидия Семеновна таскала мальчика по врачам и логопедам, а еще ведь приходилось работать, чтобы свести концы.

На работе откровенно смотрели косо из-за постоянных больничных, отпрашиваний и форс-мажоров. 

— Ну а что, их тоже можно понять! — вздыхает Лидия Семеновна. — Работница хуже матери-одиночки. Тем хоть бабки помогают, иногда отцы детей, их родственники. Мне не помогал никто! Вообще!.. Звонят из сада — у ребенка температура, забирайте. А я первый день с больничного вышла, две недели просидела. И что делать? Ох, директор орал на меня, аж стены дрожали. А у меня мысли — да проорись уже и отпусти, там у ребенка температура опять. Вот так и работала... 

Сейчас, конечно, Лидии Семеновне с внуком уже гораздо легче. В плане успеваемости звезд с неба он особо не хватает, но уроки делает сам, учится без двоек, самостоятельно ездит на спорт, болеть стал меньше.

Можно сказать, все наладилось. А тут снова дочь...

— Я сама, конечно, виновата! — вздыхает Лидия Семеновна. — Упустила я ее. Неправильно воспитала. В итоге вот расплачиваюсь, несу свой крест...

— Что, и дальше нести будешь? — расспрашивает подруга. — Второго внука тоже теперь возьмешь на воспитание? 

— Ну уж нет! — вскидывается Лидия Семеновна. — Я ей вчера сразу сказала — на меня не надейся. Если ребенок тебе не нужен, значит, он отправится в детдом, вот и все! Без вариантов даже. Второго мне не вытащить. Хотя Ирка планировала мне и второго скинуть. Стала мне говорить, что у нее долги, кредиты, она родит, и ей надо работать в две смены, чтобы расплатиться. Но я даже слушать не стала. Сказала, что это не мои проблемы, мне вон одного Пашки хватило. Это тогда я еще моложе на десяток лет была. Сейчас вообще не знаю, как бы справилась...

— Ладно тебе... Судя по всему, аборт делать поздно, ребенок все равно будет. Ну не в детдом же его, действительно?

— А почему это не в детдом? У меня нет ни сил, ни возможности, ни желания его брать, и точка. Пусть растит сама, я же не запрещаю. Я даже Пашку на нее уже не вешаю, ладно, проехали. Но скажи, ты правда считаешь, что я должна впрячься еще и сейчас? А если она через год третьего родит?.. Обо мне что-то никто не думает! А мне еще Пашку поднимать, между прочим. На это тоже силы нужны...

***

Непростительно и жестоко даже думать о таком, чтобы сдать малыша, у которого, помимо матери, имеется родная, здоровая и относительно молодая бабушка?

Лидия Семеновна после таких слов — моральный урод?

Или она вполне в своем праве? Просто трезво оценивает свои силы и понимает, что не потянет. В конце концов, бабушку никто не спрашивал, стоит ли рожать этого ребенка. Так что теперь вся ответственность — на непутевой мамаше, и только на ней.

Согласны? Что думаете?


Этот и другие материалы вы сможете найти на моем канале Яндекс.Дзен. Заходите на огонек!


Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Error

default userpic

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →