November 19th, 2021

Свекровь лезет не в свое дело, пытаясь помирить невестку с матерью

— …Я посмотрела потом в интернете, сколько эта кукольная коляска стоит, чуть не упала вообще: восемь тысяч рублей, у нас настоящая была дешевле! – рассказывает тридцатилетняя Людмила. – Конечно, дочка вцепилась в нее двумя руками, не отбирать же… Я свекрови говорю, откуда это вообще? А она – это, говорит, твоя мама внучке привезла. И завела опять свою шарманку – хватит уже дуться, миритесь давайте, не дело это, годами не общаться с матерью! На мать обижаться нельзя…

…С матерью отношения у Людмилы всегда были непростые.

— Я – залетный ребенок, испортивший матери жизнь в двадцать лет, и отца моего она ненавидела! – рассказывает Людмила. – Все мое детство вслух жалела, что не сделала аборт, хотя ведь уже пошла в больницу… И вроде бы мать меня вырастила – кормила, поила, одевала, в детдом не сдала. Я даже институт окончила! Но хороших, светлых воспоминаний из детства у меня нет. Помню крики, бойкоты, обзывательства, пощечины и свой страх при возвращении домой. Шла и не знала, что меня ждет за дверью, в каком настроении будет мать…

Collapse )


Помогать дяде-неудачнику племянница не обязана: «Приватизирую квартиру и выставлю в никуда!»

— Моя подруга – юрист, она мне говорит – мол, если не знаешь, как поступить, поступай строго по закону, не ошибешься! – рассказывает тридцатидвухлетняя Дарья. – По закону я своему дяде ничего не должна вообще. Хотя по-человечески, наверно, трудно будет просто так взять и выставить человека в никуда…

Матери у Дарьи не стало, когда девочке было десять лет. Поехала отдыхать на море, оставив Дашу с бабушкой, и не вернулась из отпуска, утонула.

— Отца я и вовсе не знала никогда! – рассказывает Дарья. – В свидетельстве о рождении у меня прочерк. Мама родила меня рано, в двадцать два года, и до десяти лет растила одна, с помощью той же бабули.

Collapse )