grazdano4ka

Category:

«В восемнадцать лет без родителей ты никто»

— В пятницу мама позвонила мне на работу, говорит, Юль, у нас тут такое! – рассказывает тридцатичетырехлетняя Юлия. – У Витьки, говорит, ребенок будет! Я сначала даже не поняла, про какого она Витьку, какой ребенок. Говорю, мам, ты о чем вообще? У нашего Витьки, что ли? Какой там ребенок, он сам еще дитё дитём! А мама мне – вот тебе и дитё, мол. Догулялся он со своей этой Катей. На прошлой неделе были на узи, срок шесть недель…

Брату Юлии, Виктору, восемнадцать, разница в возрасте у него с сестрой довольно большая. Почему-то окружающих всегда это очень удивляло.

— Я помню, первый раз вышла с коляской, мама меня отправила погулять с братиком – на меня весь двор просто уставился! – усмехается Юля. – Я все понять не могла, почему. Потом бабка из соседнего подъезда глаза открыла. Твой, говорит, что ли? Я говорю, ну да, мой брат. Она так хмыкнула… Блин, а они, оказывается, решили своим женсоветом, что это мой сын! А я их вот так жестоко разочаровала… Хотя разговоры все равно ходили. Некоторые интересовались, не второй ли у мамы брак, и тоже мимо. Папа у нас с братишкой тоже один. Родители долго планировали второго ребенка, и не получалось. А когда уже и думать об этом перестали, все срослось…

Брата Юля любила, в детстве возилась с ним с удовольствием и ни капли не обижалась на то, что малыш перетянул на себя родительское внимание. Наоборот, это стало приятным бонусом. Вся лавина родительской любви хлынула на Витеньку, а Юля получила немного свободы. Она прилично закончила школу, сама поступила в какой хотела институт, закончила учебу, стала работать, съехала от родителей.

— А? Что ты сказала? Переезжаешь? Ну, хорошо. А куда? – рассеянно спросила мама, и, кажется, через минуту забыла ответ: Витюшка подхватил в садике ветрянку, и она сосредоточенно мазала прыщики зеленкой. И никаких тебе истерик, как у подруг: зачем, с кем, а может, не надо, останься дома… Нет, все-таки хорошо, что у родителей есть занятие.

Брата Юля всегда воспринимала ребенком. Помнится, даже советы давала родителям по воспитанию:

— Мам, да купите вы ему телефон! Ну чего вы боитесь-то? Двадцать первый век на дворе, телефоны действительно у всех. И в школу пусть уже один ходит! Ну что с ним случится-то, школа через два дома, он в пятом классе, над ним уже пацаны смеются! Ну представьте себя на его месте. Каково?

Витя рос, слегка придавленный гиперопекой возрастных родителей, но в целом без проблем. Хорошо учился, закончил школу, более-менее прилично сдал ЕГЭ, поступил в институт.

— Ой, мама так волновалась, просто вопрос жизни и смерти для нее был! – усмехается Юлия. – Накануне зачисления ни есть, ни пить не могла, я уж не знала, как ее в чувство привести. Не знаю даже, что было бы, если бы Витька не поступил. Ну-то есть ему-то ничего бы не было, конечно – ну, пошел бы в вуз похуже или в колледж, на худой конец. А вот пережила ли бы это мама? Не факт…

Ну, в общем, все закончилось относительно благополучно, родители увидели Виктора в списках поступивших, выдохнули. Парень с энтузиазмом приступил к учебе. А через несколько месяцев мама расстроенно советовалась с дочерью:

— Витюшка, кажется, задружил с девочкой… Накануне сессии, представляешь? Ни раньше, ни позже. Хоть бы первый курс отучился нормально.

— Мам, да не переживай ты так, все нормально! – отмахнулась Юля. – Ну, задружил и задружил. Презервативов ему купи и про контрацепцию напомни.

— Да ты что такое говоришь-то! – замахала руками мать…

Девочка по имени Катя – ровесница Виктора, студентка с соседнего факультета. Первую сессию в прошлом году оба сдали нормально, вторую, летом, тоже ничего. Катя еще и из дальнего Подмосковья, родители в Москве ей квартиру снимают. И на все каникулы, по словам матери, «Витюшка загулял». Раньше всегда дома был в десять, теперь же и дома, случалось, не ночевал. Хотя, надо отдать должное, всегда звонил и предупреждал, что будет утром.

— Ну вот, а теперь догулялись, значит! – усмехается Юля. – Я говорю, ну и что теперь? Что делать будут?

У брата и его девочки прямо любовь-морковь, они хотят жениться и рожать. Беда в том, что родителям с обеих сторон эта ситуация совсем не нравится. 

— Содержать их никто не хочет – ни те родители, ни наши! – объясняет Юлия.

Родители Кати вообще категорически против всего. Делай аборт и берись за ум, мол, и точка. Надо учиться, вставать на ноги, какой может быть ребенок? Отец однозначно заявил, что в случае рождения ребенка квартиру дочери снимать в Москве он не будет.

— Наши тоже в шоке! – рассказывает Юля. – Витьке заявили – пусть твоя Катя едет рожать к родителям, а ты пока учиться будешь. Родит, там будет видно. Витька так не хочет, и Катя, конечно, тоже. Они хотят быть вместе, а вместе негде!

Катя бьется в истерике, кричит и бросает трубки, обвиняет Виктора в том, что он маменькин сынок и ничего не может решить сам. А Виктор и правда не может. Забрать беременную женщину и, в перспективе, ребенка ему некуда. Бросить институт, пойти работать? Он и на это готов, но такую работу, чтобы снимать жилье и кормить троих, найти сложно.

— Звонил в выходные, я так понимаю, хочет советов и поддержки, а что я ему скажу? – вздыхает Юля. – Идите, говорю, к родителям… В восемнадцать лет без родителей ты никто, и звать никак. Не выживешь!

В современном мире в восемнадцать-девятнадцать лет без поддержки родителей, получается, никуда? Или это дети такие инфантильные, если есть желание быть вместе и ребенка родить, выход можно найти? Значит, просто нет желания?

А может, родители неправы, могли бы и поддержать молодых, хотя бы предложить какие-то варианты. Комнату сняли бы им, например, а на прокорм пусть уже зарабатывают сами…

Или родители совершенно правы, нечего садить на шею великовозрастных деток с самого начала?

Как вам ситуация? Что думаете?


Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Error

default userpic

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →