grazdano4ka

Очень приятно, что вы зашли в мой журнал.
Изо всех сил я пытаюсь писать здесь что-то умное, но, по всей видимости, тщетно. 
Говорить о счетчиках молекулярной реакции изотопов ядерного распада или трехфазных циклотронных урановых фотосинтезаторах у меня не хватает ни ума, ни образования.

Поэтому на этих страницах в основном болтовня домохозяйки - обо всем и ни о чем. Такой типично женский журнальчик о семье, детях, родительских собраниях, покупках и отношениях с родственниками.
Кроме того, здесь есть ссылки (не пугайтесь!)  на мои колонки и статьи в разных изданиях, поскольку с недавних пор я еще и журналист. Список публикаций прилагаю - в основном для потенциальных работодателей.
Френжу такие же живые журналы - без особых претензий и условий. Взаимных френдов ценю, ленту читаю по возможности, комментирую редко ввиду нехватки времени.

Надеюсь, мы подружимся, если еще не.
Располагайтесь ))


( ПУБЛИКАЦИИ )

Тридцать человек разрушили в доме Дэвис, расположенном в Южном Уэльсе, две стены и окно, чтобы вытащить девушку из ее комнаты. При этом полицейские перекрыли всю улицу, на которой живет Дэвис, чтобы отогнать зевак, и огородили сам дом брезентовыми щитами. По словам офицера полиции, сделано это было потому, что спасение девушки - вовсе "не шоу фриков".

Чтобы извлечь Дэвис из комнаты, спасатели использовали строительные леса. Под рукой у них даже имелся строительный кран, который, впрочем, не понадобился. Стоимость всей спасательной операции оценивается в десятки тысяч фунтов стерлингов.

Наверно, у каждого человека в доме есть вещички, милые сердцу и вызывающие лирические воспоминания. Как правило, они совершенно не вписываются в современный интерьер квартиры, да и пользоваться ими порой уже неудобно. Тем не менее в таких вещах скрыты воспоминания, они дороги хозяину не ценой, а своей историей.

 Выбросить вещь, которая долгие годы сберегается как память, немыслимо, но в условиях наших небольших квартир хранить все, что хочется, часто бывает трудно.  Впрочем, выход найти можно всегда: например, в магазинах ИКЕА есть множество товаров для хранения самых разнообразных вещей: от старых детских рисунков вашего малыша до хрупких чудом сохранившихся елочных игрушек, которые покупала еще прабабушка в начале прошлого века…

Юлия и Сергей вместе уже пятнадцать лет, и со стороны кажется - у них образцовая семья.
Знакомые приводят их друг другу в пример - вот есть же, мол, даже в наше циничное время настоящая любовь, есть еще семьи, где муж и жена друг за друга горой.
- Вы вообще хоть спорите когда-нибудь? Ругаетесь? Обижаетесь друг на друга? - спрашивают Юлю окружающие.
- Нет, - немного даже растерянно отвечает Юля. - Никогда...

Это удивительно, но они действительно никогда не ссорились.
Держались друг за друга изо всех сил и все трудности преодолевали вместе. 
Вместе работали, даже скорее – пахали на улучшение благосостояния семьи. Вместе получали заочно высшее образование. Вместе встретили страшное горе – скоропостижно скончался их 2-х летний малыш. Пережили, родилась дочка, растет умницей и красавицей.

Он – прекрасный семьянин, душа компании. Она радушная хозяйка, их дом всегда открыт для гостей. Казалось, испытания позади, они все пережили и вышли изо всех ситуаций с честью. Теперь все должно быть хорошо. Дом, семья, достаток, ребенок, друзья - все, что надо для счастья.
Но один летний день разбил Юлину жизнь на "до" и "после".
Вечером Сергей встретил пришедшую с работы жену с собранным чемоданом и сообщил, что уходит к другой женщине, своей первой любви.
- Мы встретились случайно, весной еще! - как сквозь вату, доходили до Юли слова мужа. - Сто лет не виделись. Она одна... Сам не понимаю, как, но, кажется, чувства вспыхнули вновь...

Дальше Юля ничего не помнит.
Очнулась она лежа на диване, над ней суетился врач скорой помощи.
- В больницу поедем! - сообщил он. - Без разговоров. Не нравится мне ваше состояние...

Естественно, муж тогда никуда не ушел. Остался. Дней десять Юля пролежала в больнице, он присматривал за дочерью, бегал к жене по два раза на дню, носил передачи - явно чувствовал себя виноватым и "заглаживал вину". Разговоров об уходе Сергей больше не заводил, оба теперь аккуратно обходили эту тему. 

Юля выписалась из больницы.
В семье восстановился мир и даже подобие покоя - чисто внешнего, для окружающих.
В душе у Юли, конечно, никакого покоя и быть не могло. Каждый день, каждый час, каждую минуту она боялась, что муж вернется к тому прерванному ее обмороком разговору. Каждый вечер она ждала его с работы, как с войны - а вдруг не вернется. Уйдет к ТОЙ. Приходя откуда-нибудь домой сама, она отчаянно боялась, как в ТОТ раз, встретить мужа с чемоданом или записку на столе. С перекошенным лицом, закусив губу, первым делом бежала из прихожей в комнату к шкафу, проверяла вещи мужа, и, только убедившись, что все они на местах, облегченно вздыхала.
Не ушел. Пока не ушел. Значит, не сегодня. Еще не сегодня.

Побежала по бабкам-колдуньям. Те бормотали, жгли свечи. Вследствие этого, или, может, вопреки Сергей вел себя безупречно. Как в искупление своей вины, что ли: купил дачу, поменял квартиру на большую. Приезжал к ней на работу с букетами. Ходил на родительские собрания к дочери.
- Не муж – мечта! - завидовали коллеги, не посвященные в тонкости Юлиной жизни. - Удивительно! Бывают же такие! Как вам удалось сохранить такие отношения? Посоветуй! научи!
И Юле становилось еще хуже.

Душу отвести Юля могла только у одной, самой лучшей, подружки.
- Люблю, не могу, простила, боюсь, что уйдет - рыдала она.

Однако время лечит. Рано или поздно Юля немного успокоилась и расслабилась. Сергей вроде бы больше никуда не собирался. "Хотел бы - уже ушел. Может, перебесился, прошло!" - рассудила Юля.
С работы Сергей возвращался по часам, нигде не задерживался, никаких подозрений не вызывал.
Отремонтировали новую квартиру, купили мебель. Вместе ездили по магазинам и рынкам, выбирали, советовались - как раньше.
Решили отпраздновать новоселье, на которое позвали в том числе старых армейских друзей Сергея, случайно оказавшихся в эти дни в Москве. Отпраздновали замечательно, остальные гости разошлись, "мужики" ушли еще посидеть на кухню, ибо встречаются редко. Юля пошла спать.

Впрочем, спать - это громко сказано. Уснешь тут, когда у тебя на кухне гомонят старые армейские друзья. 
К утру мужики перестали контролировать себя совсем. Ну и услышала Юля опять то, что не предназначалось для ее ушей: люблю, говорит Сергей, другую - сил нет как, а жену жалею, не уйду, останусь с ней, не переживет она, мол, моего ухода…
И все страхи взметнулись с новой силой.
- Отпусти ты его! - советует подруга. - Тебе же будет легче. Успокоишься и жить начнешь. Разве дело - так себя мучить...
- Будет уходить – держать не буду, но люблю, сама не выгоню! - страдает Юля.

Так теперь и живут.
Ей хоть волком вой, да ему, наверное, не сладко.
Тем не менее оба героически молчат. Тему данную больше не обсуждают, зато обсуждают рождение еще одного ребенка. Правда, один раз уже не получилось - какая-то странная инфекция прервала беременность.
Юля снова плачет у подруги на плече, а на людях лихо командует двухметровым бугаем Сергеем и старательно строит из себя независимую деловую стерву.

Хотя внутри она не стерва совсем - ласковая и нежная, да к тому же ранимая и беззащитная... 

Полина вышла замуж пятнадцать лет назад на первом курсе юрфака по огромной любви. Близкие были в шоке. Золотая медалистка, красавица, перспективная студентка, которой уже тогда прочили большое будущее  - и замуж в восемнадцать лет. Впрочем, на свадьбе все искренне радовались и поздравляли молодых.

- Отличница, красавица, первая во всем – даже замуж первая выходишь! – смеялись подруги. – Наверно, мамой станешь раньше всех?
- Ну а что, и стану! – отвечала Полина. – Зато когда мой ребенок будет уже большим,  я буду еще молодой!..  А учиться можно даже с ребенком!..

…Однако после свадьбы время шло, а с беременностью отчего-то не получалось.
- Врачи говорят, все в порядке! - грустно рассказывала Полина. - Идите, мол, расслабьтесь, все получится. Легко сказать: «расслабьтесь»! Как?.. Я только о беременности и думаю!

Полина пила витамины, делала УЗИ по графику, мерила температуру, в сотый раз сдавала анализы - и снова шла на штурм женской консультации. Врачей сменяли экстрасенсы, экстрасенсов - колдуны, их, в свою очередь, консультации у признанных светил гинекологии – все безрезультатно.

- Никогда не думала, что это ТАК сложно – забеременеть! – жаловалась Полина. –  Обидно, почему так: кому не надо, рожает каждый год, а тут…

Время шло. Полина кое-как получила когда-то желанный диплом и устроилась в первую попавшуюся контору секретарем.

- Хорошую работу искать сейчас смысла нет! – объясняла она. -  Все равно в декрет скоро…

Декретом пока и не пахло, тем не менее думать о карьере не было сил. Полина разносила кофе, набирала тексты, протирала фикусы в приемной, бегала по врачам  и каждый месяц делала тесты…

…Беременность наступила, как всегда, неожиданно. Очередной тест, сделанный скорее по привычке, вдруг показал вторую полоску. И другой тест. И третий. Больше тестов в доме не было, и Полина, напялив на себя что попало, побежала в ближайшую аптеку, где купила их десяток – разных, дорогих и дешевых. И все они, дорогие и дешевые, уверенно показали беременность.

Полина была счастлива. Это были  самые радостные в ее жизни девять месяцев. Она тут же уволилась с работы, носила себя как хрустальную вазу, выгуливала животик в парке, ловила на себе тайные завистливые взгляды, долго с удовольствием выбирала вещи для малыша и чувствовала себя прекрасно.

Беременность закончилась достаточно тяжелыми родами. Да и уход за ребенком оказался делом непростым. Дочка родилась с неврологическими проблемами, не спала ночами, плохо набирала вес. В свои почти тридцать Полина ощущала себя деморализованной и разбитой.

- Кошмар! – жаловалась Полина подругам. – Не думала, что с детьми ТАК сложно! Реву целыми днями…
- Это послеродовая депрессия! – утешали «бывалые» подруги. – Терпи! Скоро отпустит!

Тем не менее не отпускало. Утром не хотелось вставать, потому что впереди ждал день сурка. Одно и то же – накормить, переодеть, погулять...

- Ничего! Еще чуть-чуть! Еще  час  – и она будет спать!– уговаривала себя Полина. Когда ребенок не засыпал вовремя, мать нервничала и злилась. Ела дочка тоже плохо, и Полина каждый раз рвала и метала. Взвинченная мать провоцировала напряженность и нервозность дочери – получался замкнутый круг.

Послеродовая депрессия плавно перетекала в «кризис одного года».  Легче не становилось.
- Ну потерпи еще немного! – уговаривали ее. – Скоро дочь пойдет в сад, а ты на работу…

Выход на работу Полину пугал. Работу нужно было еще найти. Даже такую, где нужно просто распечатывать документы и протирать фикус.

…В этом году Полине уже тридцать четыре, ее дочери пять лет. Полина делает для ребенка все, но без особых эмоций, и по-настоящему счастлива только тогда, когда девочки нет дома. «Дети – это цветы, подарите букет бабушкам» - такой статус стоит у Полины в соцсети.

- Я думала, уж Полина-то будет идеальной мамой! – недоумевает ее подруга. – Она так ждала свою доченьку!.. Так планировала!.. Так счастлива была, когда все получилось… Не понимаю, что случилось, в какой момент и что пошло не так... Как сглазил кто!..

Пропасть между Полиной и рожденной ею на свет маленькой девочкой стремительно растет…